Осенью 1914 года государь император Николай II, довольный успехом первых месяцев антиалкогольной кампании, заявил: «Я уже предрешил навсегда воспретить в России казенную продажу водки». И воспретил. Пить на Руси, конечно же, не прекратили, а вот монархию через три года ликвидировали.

Много ли пили в начале прошлого века на тульской земле? Однозначный ответ на этот вопрос дать невозможно, потому как такой статистики не велось, как не было и сравнений с другими территориями. Довольствоваться остается лишь фактом открытия в Туле первого в России «Приюта для опьяневших», что произошло в ноябре 1902 года. Согласитесь, потребность в вытрезвителе — не аргумент в пользу поголовной трезвости.

Газета «Тульская молва», издаваемая в Туле с 1907 по 1918 год, сохранила на своих страницах заметки о местных пьяницах, дебоширах, курьезных и трагических случаях, связанных с чрезмерным употреблением алкоголя и борьбой с ним. 

Пить или не пить?

В начале антиалкогольной кампании Николая II «Тульская молва» публикует интервью с управляющим отделом промышленности в Министерстве торговли Российской империи В. П. Литвиновым-Фалинским.  Петроградский чиновник говорил: «Теперь настал момент, когда прямо можно поставить вопрос: „пить или не пить?“ Общественное мнение кричит в ответ „нет“. То же самое серьезно заявляет и правительство». И действительно, на старте антиалкогольной кампании на фоне патриотического подъема по случаю Первой мировой войны граждане Российской империи стали отказываться от употребления алкоголя. Но продлилось это недолго.

Старички загуляли

Забавную историю публикует «Тульская молва» уже по ходу антиалкогольной кампании:

«На днях произошел следующий курьезный случай. Чины сыскной полиции, делая обход, зашли в один из „чайных домиков“ Рубцовской (ныне ул. Сойфера.— Прим. ред. ) улицы. Там расположилась веселая компания, которая вела себя не только непринужденно, но чересчур развязно и пришедших чинов полиции обругала чуть ли не „русскими свиньями“, а один даже погрозил бутылкой…

Веселая компания была приглашена в участок, где все они оказались занимающими хорошие места в одном из местных учреждений, причем одному из гуляк оказалось ни много ни мало, а 65 лет, а самому молодому — 54 года.

Об их действиях составлен протокол, который пойдет на распоряжение гражданина губернатора».

Сообразили на двоих

Анекдот того времени:

— Доктор, что-то печень побаливает…

— Одеколон пили?

— Пил… Не помогает…

История, которую описала «Тульская молва» в разгар запрета на продажу водки, закончилась трагически.

«В городской Ваныкинской больнице скончался А. И. Потиков, 41 года, доставленный туда вместе с А. И. Ивановым, 19 лет.

При производстве дознания по этому поводу выяснилось, что Иванов и Потиков купили в ближайшем аптекарском магазине фунт одеколона, который и распили вместе.

Вскоре оба они почувствовали себя очень плохо. Появились признаки отравления, и они принуждены были слечь.

Два дня оба — и Иванов, и Потиков — промучились дома, но в конце концов их обоих пришлось отправить в Ваныкинскую больницу, где, несмотря на все принятые меры, Потиков умер, а Иванов в настоящее время поправляется».

Первые результаты

На второй месяц антиалкогольной кампании стало понятно: запретом на продажу водки ситуацию не изменить. «Тульская молва» в заметке «Отчаянные головы» приводила следующую статистику:

«Месяц тому назад, подводя итоги результатов запрещения продажи крепких напитков, мы отмечали, что за месяц трезвости в приют для опьяневших было доставлено не более 15 человек.

Теперь с того времени прошло еще более месяца — можно было надеяться, что в приют для опьяневших почти совсем прекратились поступления.

Однако это далеко не так. Оказалось, что за второй месяц трезвости поступило опьяневших в два раза более, чем в первый.

Привозили лиц с формами тяжких опьянений: тяжелым сном спали по двое суток.

— Есть такие отчаянные головы,— рассказывали вчера в приюте нашему сотруднику,— которые готовы напиться всякой дряни — лишь бы опьянеть.

Пьют денатурированный спирт, пропуская его через парной хлеб; пьют политуру, очищенную луком…

И никак не хотят понять, что пьют не хмель, а яд, который роковым образом разрушает весь организм».

Жажда

Желаемого результата в борьбе с пьянством, прежде всего среди оружейников, достичь никак не удавалось. Дело в том, что у проходных заводов, как в Туле, так и по всей России, всегда можно было легально или нелегально выпить. Часто наливали в долг. Пьянство продолжалось, принося ущерб не только здоровью пьющих, но и производству оружия для войны.

Как и в перестройку, анализировать причины пьянства во время царской антиалкогольной кампании никто не спешил. Куда проще было максимально ужесточить продажу алкоголя. В результате резко увеличилось количество отравлений денатуратами и прочими спиртосодержащими жидкостями. За водкой запретили пиво, а потом и вино. Запрещенный алкоголь не уничтожали, а распродавали по спецразрешениям, которые, судя по всему, достать было нетрудно.

«Тульская молва» описывает случай штурма винного склада во время антиалкогольной кампании:

«Вчера у казенного винного склада можно было наблюдать прелюбопытную сцену. Многие жители города добыли разрешение на покупку водки и „атаковали“ склад.

«Атаки» были столь яростны, что пришлось вызвать наряд полиции, чтобы водворить порядок между жаждущими получить «воду жизни»…

Не пропил — отдай государству

В «Тульской молве» есть и такой призыв от земского собрания Епифанского уезда Тульской губернии:

«Епифанское уездное очередное земское собрание постановило: возбудить перед правительством ходатайство об окончательном прекращении продажи спиртных напитков.

Вместе с тем признало: ввиду того что население Епифанского уезда ежегодно пропивало свыше миллиона рублей, теперь же эти деньги остались на руках у населения — обратиться к нему с призывом о своевременной уплате повинностей».

Но не стоит думать, что в начале XX века в Туле только и делали, что злоупотребляли алкогольными напитками. Пьянство было, но вместе с тем значительная часть туляков проводила досуг исключительно культурно. Работали театры, шли сеансы кинематографа, представления в цирке, концерты, устраивались танцевальные вечера, функционировали школы, библиотеки, училища. С фронтов Первой мировой приходили известия о геройстве туляков, вместе с ними списки убитых и раненых. Ежедневная газета «Тульская молва» сохранила на своих страницах память обо всех этих событиях.

Сергей ТИМОФЕЕВ

Оригинал статьи:
http://mk.tula.ru/articles/a/57919/?sphrase_id=1585532
газета "Тульский Молодой коммунар", №
10 (12026) от 12.02.2016


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить