1 Как пили так и пьют

По распоряжению Николая II торговля алкогольными изделиями в Российской империи прекратилась с 6 (19) июля 1914 года в соответствии с заранее обусловленной нормой — на время мобилизации. Так началась печально известная антиалкогольная кампания последнего русского императора. В конце августа того же года сухой закон продлили на всё время войны. Ещё через два года депутатами Государственной Думы И. Т. Евсеевым и П. М. Макогоновым «трезвость» в Российском государстве предлагалось утвердить на вечные времена. О том, что из этого получилось «Молодой коммунар» писал в феврале 2016 года (статья «Тяжелым сном спали по двое суток, или Антиалкогольная кампания Николая II в Туле» № 10 (12026).

Через три года, в марте 1917-го, 300-летней монархии не стало. Абсолютизм сменила демократия, перед которой стояли глобальные задачи переустройства России по самым передовым образцам союзнических государств Европы. От старых порядков спешно отказывались. Настал черёд определиться и по вопросу о борьбе с пьянством.

 

«Господство трезвости»

Позиция новых властей по антиалкогольной компании стала известна 14 (27) марта 1917 года. Временное Правительство издало постановление воспрещающее изготовление и продажу для питьевого потребления крепких напитков и спиртосодержащих веществ. Запрет объяснялся необходимостью «в эпоху перехода к новой жизни, в период строительства свободной России, когда народ русский определяет свою историческую судьбу» оградить население от «затуманивавшего сознание» алкоголя. Реформировать систему предполагалось в условиях господствующей трезвости. Более нереальных условий тогда придумать было трудно.

Третий год крестьяне расходовали дефицитное зерно на тайное винокурение, заготавливали брагу почти в промышленных масштабах. Жители городов научились извлекать спирт из лака и политуры, производство которых в названный период выросло в среднем по стране до 2000%. Люди состоятельные вообще не испытывали каких-либо трудностей, имея возможность беспрепятственно приобретать вина и коньяки в ресторанах первого класса или в аптеках по липовым справкам коррумпированных врачей. Лишённые возможности доставать алкоголь описанными способами, без особого труда находили иные варианты, описанные в газете «Тульская молва» за 1917 год.

4 Как пили так и пьют

 

Кто не гнал, тот воровал

«На днях на путях станции „Тула“ Московско-Курской железной дороги была вскрыта цистерна со спиртом, в которой по взвешивании ея оказалось недостача его около семи пудов, — делился подробностями происшествия корреспондент „Тульской молвы“. — Как выяснилось дознанием, новую пломбу по вскрытии цистерны для проверки накладывал пломбировщик вагонов В. Фатеев.

На тот момент, человек, совершивший подобную кражу, объявлялся «злейшим врагом народа». Следствию быстро удалось распутать это немудрённое преступление.

«… выяснено, что Фатеев в ночь на это число принёс домой в Мясново около шести вёдер спирта.

В этот же день в квартире его был произведён обыск, которым и обнаружен один бабин со спиртом весом до 2 пудов (более 32 кг. — С. Т.)

Остальной похищенный спирт Фатеев, очевидно, успел кому-либо передать.

Во время обыска Фатеев предлагал милиционеру Г. П. Степкову, производившему дознание, 50 руб., с целью чтобы тот прекратил дело, на что, однако, последний не согласился.

Фатеев привлекается к законной ответственности, а спирт вылит в поле, где и сожжён».

3 Как пили так и пьют

А вот другой характерный случай. На сей раз за пределами Тулы.

К землевладельцу Д. А. Лямину в его имение при сельце Астафьеве Погореловской волости Белёвского уезда «явилось семь человек крестьян из соседней деревни „Верхние Савинки“, одетых в солдатскую форму, которые войдя в помещение и крикнув „руки вверх“, приказали дать ключи от винного погреба, где хранился казённые спирт. Отперев погреб, крестьяне отлили из бочки два ведра спирта с которым и уехали обратно».

Аппетиты крестьян времён антиалкогольной кампании способны впечатлить даже современную публику, не имеющую серьёзных преград к употреблению алкоголя.

Дальнейшее развитие событий происходило строго по законам жанра, сформулированного в известном анекдоте: «пошли дурака за бутылкой — он одну и принесет».

«В эту же ночь крестьяне снова явились в имение — все пьяные и, на этот раз, сломав замки на винном складе, выкатили шесть бочек со спиртом, которые и стали делать между собой. Началось безобразное пьянство, а потом грабёж имущества.

К пьяной толпе вскоре же присоединились крестьяне соседних селений.

Разгром имения продолжился. Лямин с женой, сестрами и братьями принуждён был скрыться в лесу, опасаясь самосуда озверевшей пьяной толпы».

Жалко депутаты Евсеев и Макогонов не могли наблюдать этого «господства трезвости».

2 Как пили так и пьют

И в заключение ещё один случай, демонстрирующий не только спрос на «запретный плод», но и безусловную коммерческую выгоду от его реализации.

«На днях в Тулу приехали из города Козельска, Калужской губернии, крестьяне П. К. Моисеев и Н. Аничкин, которые привезли с собой по три четверти сырого спирта (по 9 литров. — С. Т.).

Спирт этот… они купили у какой-то женщины, после разгрома винного склада в Жиздринском уезде. Спирт Моисеев предполагал продать в кофейную на Киевской улице (ныне проспект Ленина. — С. Т.) Гордееву, но до последнего спирт не дошёл, т. к. среди посетителей кофейни нашлось много желающих, которые торговца спиртом, каждый стал тянуть к себе.

Также началась и „проба“…

На пробу вышло более трёх бутылок.

О торговле этой милиционерами 5 части было сообщено розыскному отделению.

В результате, командированными агентами Корнеевым и Филипповым торговец спиртом был задержан и на него составлен протокол, который с остатками спирта направлен по принадлежности.

Товарищ же Моисеева, как оказалось, свою торговлю провёл более удачно».

Привезённые с собой три четверти он продал неизвестному лицу за 600 рублей, после чего благополучно уехал из Тулы.

 

Несомненная заслуга противоалкогольной комиссии

Полная бессмысленность борьбы с пьянством на фоне других бедствий и роковых ошибок правителей становилась с каждым годом очевиднее. И всё бы ничего, но только участившиеся в разы случаи отравления денатуратами, политурой, одеколоном, прочими спиртосодержащими жидкостями, растворами технических спиртов приводили к реальным человеческим жертвам, которые не были и не могли быть учтены.

В 1917 году «Тульская молва» в резкой и даже издевательской форме подытожила работу местной противоалкогольной комиссии.

«В Туле заседает противоалкогольная комиссия…

Прежде можно было хоть на спирту приготовить себе кушанье, за отсутствием дров и керосина, — сожалеет корреспондент газеты. — Теперь денатурат стал „редкостью“.

К сожалению, редкостью как топливо.

А „любители“ денатурата как питья добывают его в каком угодно количестве по 10 руб. за бутылку.

Прежде бутылка стоила 7 руб.

Так что у комитета есть несомненная „заслуга“.

Ещё бы! Все ценности падают, а она подняла ценность денатурата.

Да и одного ли денатурата!

До образования противоалкогольной комиссии чистый спирт расценивался в Туле от 250 и до 400 руб. за ведро. Теперь 750 руб. — 1000 руб. Коньяк — 35—40 руб. бутылка, вино 15—20 руб. — в каком угодно количестве.

Один из членов комиссии на днях в разговоре сказал на вопрос — как работает комиссия:

— О, она развивается в большое государственно дело.

Действительно государственное?

Настолько государственное, что члены комиссии не заметили как у них между глаз деревня сгорела.

И хочется сказать по адресу комиссии:

— Наделала синица шуму, а моря не зажгла.

Как пили в Туле, так и пьют, только питьё стало намного дороже, за что „поставщики“ крепких напитков приносят, как слышно, сердечную благодарность членам комиссии и даже записали их имена в поминовенье и ставят за их здоровье свечки».

5 Как пили так и пьют

Вот так, ярко и безапелляционно — ни убавить, ни прибавить. Между тем, современные сторонники принудительной трезвости не устают приводить положительную статистику антиалкогольной кампании Николая II, перенявшего эстафету Временного правительства и Советской власти в первые годы своего существования. Утверждается, что среднее потребление алкоголя на 1 человека снизилось после 1914 года настолько существенно, что показатели 1913 года были достигнуты живущими в СССР только в середине 60-х годов.

 

Сергей ТИМОФЕЕВ
опубликовано в газете «Тульский „Молодой коммунар“» 
№ 70 (12173) от 01.12.2017


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить